"Черный квадрат" работает как жест, а не как картина.
Представь: 1915 год. Искусство последние 500 лет занимается тем, что пытается все точнее изображать реальность. Перспектива, светотень, анатомия. Импрессионисты размыли форму, кубисты разломали ее. А Малевич взял и убрал изображение вообще. Полностью. Вот фон, вот форма, больше ничего.
Это как если бы музыкант вышел на сцену и вместо симфонии сыграл одну ноту. Или стоял молча (Кейдж потом так и сделал в 1952-м).
Сам Малевич повесил "Квадрат" на выставке в красном углу - туда, где в русских домах вешали иконы. Он прямо заявил: вот новая икона, вот новый абсолют. Вместо лика Бога - пустота. Вместо изображения мира - отказ от изображения.
Людей цепляет не сама картина. Людей цепляет наглость поступка и то, что после него мир искусства реально изменился. Можно считать это блестящим ходом, можно считать шарлатанством. Но проигнорировать не получается, потому что вся абстракция XX века растет из этой точки.
Еще важный контекст. Малевич не просто нарисовал квадрат. Он создал целую систему (супрематизм), написал теоретические тексты, оформлял спектакли. "Квадрат" - вершина айсберга, а не отдельный прикол.