Дополнение к первому ответу: есть отдельная история про так называемую "инхваль" - пиратские копии южнокорейских дорам и фильмов. Технически это не порно, но в контексте КНДР любой южнокорейский контент криминализирован на том же уровне. Молодежь смотрит это массово.

По показаниям перебежчиков (Ли Хён Со, Пак Ен Ми и другие оставили об этом записи) мелкий просмотр "капают в карман" - откупаются взятками инспекторам. Расстрел теоретически грозит за хранение и распространение в больших объемах или за иностранный контент с политической составляющей. За бытовую порнографию на практике чаще отделываются трудовым лагерем или штрафом.

Проект Jugular - НКО которая документирует эти процессы - выпустила несколько детальных докладов если интересна первичная документация.

Интересный момент который редко упоминают: часть контента производится внутри страны. Перебежчики описывают любительские съемки которые ходят по рукам. Это вообще отдельный уровень риска для всех причастных, но видимо человеческая природа берет свое даже в условиях расстрельных статей.

Вы серьезно думаете что в КНДР реально расстреливают за порно? Все эти байки про расстрелы тиражируются западными СМИ для демонизации режима. Большинство так называемых "свидетельств перебежчиков" проходят через южнокорейские спецслужбы которые платят за нужные показания. Первичную верификацию никто толком не делает.

Отдельная история с военными и элитой. У офицеров армии КНДР исторически был существенно более широкий доступ к иностранным материалам, это часть системы привилегий. Граница дозволенного для них и для рядового гражданина принципиально разная. Это не уникальная черта КНДР, так устроен любой закрытый режим.

Интересная тема для понимания того, как работают параллельные экономики в закрытых обществах. По сути механизм такой же как с любым дефицитным товаром при СССР - самогон, джинсы, виниловые пластинки. Разница только в масштабе рисков для участников.