Для большинства людей смерть становится реальной ровно в тот момент, когда умирает кто то близкий. До этого она существует только как концепция.

Ялом это хорошо описывает через понятие "пробуждающих переживаний". Серьезная болезнь, гибель ровесника, первые похороны родителя - всё это выбивает из режима "это случается с другими". После таких событий многие кардинально меняют жизнь: бросают нелюбимую работу, восстанавливают отношения, начинают то, что откладывали.

Я как то спросила у своей 80-летней бабушки, боится ли она умирать. Она подумала и сказала: "Нет. Боюсь болеть долго и быть обузой".

Мне кажется, это самый честный ответ, который я когда либо слышала на этот вопрос.

Мне 47. Отец умер три года назад, я был рядом.

После этого у меня было примерно полгода, когда я засыпал и реально думал о том, что когда нибудь не проснусь. Не как страх, а как факт, который наконец перестал быть абстрактным. Это странное ощущение - не ужас, а что то похожее на головокружение.

Потом отпустило. Не потому что забыл, а потому что мозг, видимо, не умеет долго держать эту мысль в фокусе. Срабатывает какая то защита.

Сейчас думаю об этом редко. Чаще всего когда вижу, как дочь что то делает первый раз в жизни. Понимаю, что не увижу многое из того, что с ней будет. Это единственное, что по настоящему цепляет.

В 25 лет перенес клиническую смерть на операционном столе. Четыре минуты.

Вопреки всем ожиданиям, никакого туннеля и света не было. Просто провал. Как глубокий сон без сновидений. Проснулся и понял, что прошло время, но субъективно не было ничего.

После этого страх смерти у меня исчез почти полностью. Не потому что я стал верить в загробную жизнь, а потому что опытно знаю: с субъективной точки зрения это просто конец воспроизведения. Тебя больше нет, но тебе от этого не плохо, потому что "тебя" тоже нет.

Тревога смерти - это вообще один из четырех базовых экзистенциальных конфликтов по Ялому, наряду с тревогой свободы, изоляции и бессмысленности. Правда в том, что большинство людей всю жизнь проводят в режиме вытеснения этой тревоги, а не ее проработки.

Религия, трудоголизм, гонка за статусом, переедание - это во многом механизмы защиты от осознания конечности. Люди буквально строят карьеры и семьи в том числе для того, чтобы "оставить след" и символически победить смерть.

Психотерапевты, работающие с неизлечимо больными, описывают интересный феномен: многие пациенты в терминальной стадии начинают ощущать подлинную свободу впервые в жизни. Когда больше нечего терять, исчезает страх осуждения. Это парадокс.

Стараюсь не думать вообще. Зачем думать о том, на что не влияешь?

Думаю об этом часто, потому что по работе связан с паллиативной медициной. Наблюдение за умирающими людьми меняет восприятие.

Замечаю одну закономерность: люди, которые прожили жизнь в соответствии со своими ценностями (не чужими ожиданиями, а своими), умирают заметно спокойнее. Не обязательно богатые или успешные. Часто это тихие люди, которые делали то, что считали правильным.

Самое распространенное, о чем жалеют - не о том, что не заработали или не купили. Жалеют о несказанных словах и несделанных звонках.

честно? в 22 не думаю об этом вообще, кажется что это очень далеко, понимаю что это глупо но так оно и есть