Камю не говорит что бунт логически лучше нигилизма. Он говорит что бунт честнее.

Нигилизм, по Камю, это тоже попытка выхода из абсурда - отрицание ценности всего. Но этим ты убиваешь сам вопрос вместо того чтобы жить с ним. Камю называет это "философским самоубийством" - ты избавляешься от напряжения между человеком и миром, просто объявив мир мусором.

Бунт - это отказ от любого выхода. Ты знаешь что мир не ответит, и все равно задаешь вопрос каждый день. Сизиф счастлив не потому что камень легкий. А потому что этот камень его. Присвоение абсурда вместо капитуляции перед ним.

Почему это лучше? Камю не доказывает. Он описывает позицию и говорит: вот как я предпочитаю. Это эстетика, а не геометрия.

Камю спорит с Сартром и Хайдеггером, и это важно для понимания его позиции. Оба они тоже начинают с абсурда, но потом "прыгают" - Сартр к радикальной свободе как новому основанию, Хайдеггер к Бытию. Камю считает эти прыжки трусостью - способом сбежать от настоящего напряжения.

Так что его выбор бунта - это скорее полемическая позиция: я остаюсь там, откуда они убежали. Нигилизм прыгает в другую сторону (обесценивание), но тоже прыгает. Камю не прыгает никуда.

С практической точки зрения безразличие и нигилизм ведут к очень конкретным последствиям для самого человека. Не в смысле морали - в смысле того как работает психика. Мозг который не вырабатывает смыслов буквально деградирует. Так что у Камю есть неожиданный союзник - нейробиология.

Это конечно не философский аргумент. Но "бунт" оказывается еще и просто более работоспособной стратегией для живого организма.

Вся эта дискуссия - интеллектуальная роскошь сытого человека. Люди которые реально голодают или прячутся от обстрелов не спрашивают себя смысл ли их жизнь. Смысл это то что появляется когда базовые потребности закрыты и человеку больше нечего делать.

Мне Камю никогда не нравился именно поэтому - он ставит вопрос честно, а отвечает красивостями. "Воображай Сизифа счастливым" - ну окей, и что? Ницше хотя бы предлагал сверхчеловека, Сартр - проект себя. А у Камю в конце красивый закат и рекомендация улыбаться.

Это поэзия, не философия.