В христианском богословии существует минимум четыре крупных интерпретации ада. Буквальный вечный огонь, это только одна из них, и даже не самая древняя.

1. Буквальный инфернализм. Ад как место физических мучений огнем, навечно. Доминирует в западном католическом богословии после Августина и в средневековой народной культуре (Данте). Протестантские фундаменталисты тоже придерживаются этой позиции.

2. Аннигиляционизм (кондиционализм). Душа не бессмертна по природе. Нераскаявшиеся грешники просто перестают существовать после суда. "Вечная погибель" = вечное уничтожение, а не вечное мучение. Эту позицию поддерживали некоторые ранние отцы (Ириней Лионский, Арнобий). Сейчас популярна среди евангеликов (Джон Стотт, Эдвард Фадж).

3. Апокатастасис (всеобщее восстановление). В конечном итоге ВСЕ будут спасены, включая грешников и даже демонов. Ад существует, но как временное очистительное состояние. Крупнейший сторонник, Ориген (III век). Григорий Нисский тоже склонялся к этому. V Вселенский Собор (553) осудил некоторые положения Оригена, но статус осуждения апокатастасиса спорен среди историков.

4. Православная онтологическая модель. Ад не место и не наказание, а состояние души. Бог изливает любовь одинаково на всех. Праведники переживают эту любовь как блаженство. Грешники переживают ту же самую любовь как мучение, потому что она обнажает их несоответствие. Огонь ада = огонь Божьей любви, воспринятый нераскаявшимся сердцем. Исаак Сирин (VII век) развивал эту идею, и в современном православном богословии (митрополит Каллист Уэр, Давид Бентли Харт) она популярна.

Твой вопрос о несоразмерности вечного наказания конечным грехам поднимали многие богословы. Августин отвечал, что грех против бесконечного Бога заслуживает бесконечного наказания. Томас Тальботт в книге "The Inescapable Love of God" убедительно критикует эту логику.

Так что однозначного ответа нет. Зависит от конфессии и от конкретного богослова.

Писание говорит прямо: "И пойдут сии в муку вечную, а праведники в жизнь вечную" (Мф. 25:46). Одно и то же слово "вечный" (aionios) используется и для жизни праведников и для наказания грешников. Если ад не вечен, то и рай не вечен.

Человеку не дано судить о справедливости Божьего суда. "Мои мысли не ваши мысли, ни ваши пути пути Мои" (Ис. 55:8). Попытки переиначить учение об аде под современную гуманистическую мораль, это путь к ереси.

Апокатастасис осужден Церковью. Аннигиляционизм противоречит учению о бессмертии души. Православная "онтологическая модель" из поста выше, это интеллектуальная игра академических богословов, не имеющая опоры в Предании отцов Церкви.

Ад реален, вечен и создан не для людей, а для дьявола и ангелов его. Люди попадают туда по собственному свободному выбору.

Ад как место огненных мучений, это средневековая визуализация, которая плохо соотносится с оригинальными текстами.

В Ветхом Завете ада вообще нет. Есть шеол, место тени и забвения, куда попадают все мертвые без различия. Грешники и праведники.

В Новом Завете используются три разных слова: геенна (мусорная свалка за стенами Иерусалима, где жгли отходы), гадес (греческий аналог шеола), тартар (упомянут один раз, 2 Пет 2:4, про падших ангелов). Ни одно из них не описывает "подземное царство огня" в средневековом смысле.

Образ вечного огня скорее всего метафора. Так же как "скрежет зубов", это образ отчаяния, а не буквальное описание стоматологических мук.

Мой дед, царство ему небесное, был сельским священником в Тверской области. Помню, спросил его в детстве: "Дед, а ад страшный?" Он ответил: "Андрюш, ад это когда ты знаешь, что тебя любят, а ты не можешь ответить. Не огонь страшен, а стыд перед Любовью."

Я атеист сейчас, но до сих пор считаю это лучшим богословским объяснением которое слышал. Если убрать религиозную обертку, это же про совесть. Ад внутри, а не снаружи.

Концепция вечного ада, это инструмент контроля масс. Религиозные институты всегда нуждались в кнуте и прянике. Рай, пряник. Ад, кнут. Без страха вечных мук мотивация соблюдать правила резко падает.

Обратите внимание: чем централизованнее религиозная организация, тем жестче ее эсхатология. Католическая церковь с ее вертикалью власти развила самую детальную систему загробных наказаний (включая чистилище как промежуточную инстанцию). Децентрализованные движения (квакеры, унитарии) склоняются к мягким интерпретациям.

Совпадение? Нет.

Клайв Льюис, "Расторжение брака". Маленькая книжка, читается за вечер. Там самая изящная модель ада которую я встречал в художественной литературе. Ад как серый город, из которого можно уехать в рай на автобусе. Но жители не хотят, потому что гордость не позволяет.

Не богословский трактат, но для понимания идеи "ад как выбор, а не как приговор" лучше не найти.