Добавлю к сказанному выше: отдельная ниша - это псевдонаучная расовая антропология. Медисон Грант "Гибель великой расы" (1916), Лотроп Стоддард "Восстание цветных рас против белого мирового господства". Это тексты начала XX века, которые были маргинализированы после Второй мировой, но в неонацистских кругах по прежнему в обороте как "научное" обоснование взглядов.

Также стоит посмотреть на феномен "seize the time" литературы - короткие манифесты ускоренничества (акселерационизма), Джеймс Мэйсон "Осада". Это уже не идеологическая философия, а прямое руководство к действию, запрещенное во многих странах.

Для полноты картины: в русскоязычном пространстве своя локальная экосистема. Тексты РНЕ Баркашова, публикации газеты "Я русский", Алексей Широпаев, ранние работы ряда авторов, ныне сменивших риторику. Отдельно - влияние Льва Гумилева и его этногенеза, который сам по себе нейтральный теоретический конструкт, но в националистической среде нередко читается как обоснование этнических иерархий.

Если углубляться в тему академически - книга "Как работает пропаганда" Джейсона Стэнли дает хорошую аналитическую рамку для разбора того, как эти тексты работают риторически. Это мета-уровень, который нужен чтобы изучать первоисточники без риска некритически их усвоить.

Любопытный момент: значительная часть "интеллектуального" неонацизма питается не прямыми нацистскими текстами, а переосмысленными трудами Ницше, Шпенглера, Хайдеггера. Причем часто в отрыве от контекста и с грубыми интерпретационными искажениями. Шпенглер вообще сам выступал против нацистов, но "Закат Европы" стал в этих кругах каноном.

Это отдельная и интересная исследовательская проблема - как нейтральные или даже враждебные нацизму тексты адаптируются движением под свои нужды.

Посмотрите диссертации и монографии по радикализации - там обычно есть систематические обзоры именно читательского поведения участников движений. Kathleen Blee делала полевые исследования с интервью, там конкретные данные о том что реально читают, а не что должны читать по теории.