Вопрос интереснее, чем кажется на первый взгляд, потому что "полное одиночество" надо разбить на несколько независимых переменных.
Первое - сенсорная депривация. Это самое разрушительное. Уже через 48-72 часа в камере без света, звука и тактильных ощущений начинаются галлюцинации. Мозг буквально генерирует стимулы из ниоткуда, потому что работа нейронных сетей требует входящего потока. Здесь предел короткий.
Второе - социальная изоляция при наличии внешних стимулов. Тут картина принципиально другая. Маяковые смотрители XIX века жили в одиночестве по полгода - сохраняли функциональность, но возвращались с выраженными расстройствами привязанности. Психиатрические исследования одиночного заключения показывают: необратимые когнитивные изменения начинаются примерно после 15 лет полной изоляции.
Третье - добровольность. Это принципиальный модератор. Монахи-затворники, которые сами выбрали изоляцию и имеют внутреннюю структуру (молитвы, медитации, ведение записей), показывают значительно лучшие результаты, чем принудительно изолированные люди с теми же хронологическими сроками.
Критическим ресурсом оказывается не контакт с людьми сам по себе, а наличие нарратива - ощущения, что твоя жизнь имеет смысл и движется куда то. Люди, у которых этот нарратив сохранялся, переживали долгую изоляцию. Те, у кого он рассыпался, деградировали быстро.
Про нарратив очень точно. Читал мемуары узников одиночек - те, кто выжил нормально, все описывают какую то внутреннюю задачу. Кто то стихи сочинял в голове, кто то решал математические задачи.