Разница в уровне описания живых систем.

Классическая биология работает с организмами, органами, тканями, клетками - видимыми и условно-видимыми объектами. Молекулярная биология спускается на уровень молекул: ДНК, РНК, белки, их взаимодействия. Вопрос не "как работает сердце", а "какой белок открывает ионный канал в кардиомиоците и почему мутация в его гене вызывает аритмию".

Почему это отдельная дисциплина - потому что инструментарий принципиально другой. ПЦР, секвенирование, электрофорез, CRISPR, иммунопреципитация хроматина - это не продолжение классической биологии, это химия и физика на службе у биологических вопросов.

Куда идут выпускники: фармацевтика и биотех (разработка препаратов, антител), медицина (генная диагностика, онкология), агробиотех (ГМО-культуры), криминалистика (ДНК-экспертиза), академическая наука. Спрос на рынке есть, особенно в биотех-компаниях и крупных диагностических лабораториях.

Если совсем коротко: классическая биология отвечает на вопрос "что", молекулярная - "как" и "почему" на самом фундаментальном уровне.

Почему клетка делится? Потому что циклины активируют CDK-киназы. Почему рак не останавливается? Потому что мутация в гене TP53 сломала апоптоз. Каждое явление, которое в учебнике для бакалавров описано одним абзацем, в молекулярке разворачивается в каскад из десятков взаимодействий.

Про карьеру: рынок сейчас реально голодает по людям, которые умеют руками работать в лабе. Если умеешь ставить ПЦР, делать клеточные культуры и работать с проточным цитометром - без работы не останешься. Диагностические лаборатории берут таких людей даже без опыта.

Проработал 8 лет в фармацевтической компании после биофака. Вот что скажу честно.

Молекулярка нужна везде, где нужно понять механизм, а не просто наблюдать эффект. Мы разрабатывали таргетную терапию онкологических заболеваний. Классический биолог видит: опухоль уменьшилась. Молекулярщик понимает: ингибитор заблокировал тирозинкиназный домен рецептора EGFR, прервал сигнальный каскад RAS-MAPK, клетка перестала бесконтрольно делиться. Разница в глубине понимания колоссальная, и при разработке следующего препарата это понимание превращается в деньги и годы сэкономленного времени.

По зарплатам в России: лаборант со знанием NGS-секвенирования в Москве - от 80 тысяч. Научный сотрудник с публикациями - 120-180. В западных компаниях (если релоцируешься) совсем другие цифры.